Винтажная революция

Pierre DeRoche — небольшая симпатичная часовая марка, основанная супружеской парой Пьером и Кароль Дюбуа (Carole & Pierre Dubois). Флагман Pierre DeRoche — карманный хронограф Reynold, напичканное усложнениями механическое чудо по цене нового «Феррари». Reynold существует в единственном экземпляре, другого такого нет и не будет, потому что внутри этих часов скрыт старый механизм LeCoultre, датируемый примерно 1920 годом, купленный по случаю Пьером Дюбуа в антикварном магазине.

Устанавливать винтажные механизмы в новые модели часов с некоторых пор считается хорошим тоном, устойчивым трендом часовой моды. Как это часто бывает, началось все не от хорошей жизни. Последние несколько лет часовой мир взбудоражен скандальной эпопеей с механизмами фабрики ЕТА. Этот скандал подается публике в двух противоположных версиях. По одной версии, коварные монополисты из Swatch Group сначала «подсадили» часовщиков на надежные, хорошо зарекомендовавшие себя механизмы ЕТА, а потом резко прекратили поставки, перекрыв кислород десяткам часовых марок, доведя их до разорения, а те, что поценнее, скупили по дешевке. По версии самой Swatch Group, развелось слишком много марок, которые паразитируют на недорогих готовых механизмах, ставят их в свои корпуса почти без изменений и многократно заламывают цены, дезориентируя потребителей и убивая рынок. Для борьбы с такими прохиндеями и были введены ограничения на продажу механизмов ЕТА. Шум поднялся неимоверный, были и суды, и громкие обвинения в «мафиозности», и еще много другого. Параллельно изобретались способы обойти «санкции» Swatch Group. Один из таких способов — установка в новые часы механизмов 40—50-летней давности, и даже 80-летней. Механизмы во все времена производились «с запасом», и если хорошо поискать, то партию-другую где-то на складах найти можно.

Вот, например, женевская марка Pierre Thomas ставит в новые корпуса винтажные механизмы даже не от наручных, а от карманных часов. Благо, мода на крупные хронометры на запястье хоть и находится уже на излете, но еще не прошла до конца. Впрочем, даже если бы скандала с ЕТА не произошло, винтажные механизмы заслуживают внимания. Середина двадцатого столетия — «золотой век» наручных механических часов. До «кварцевой катастрофы» и эпохи «бездушных компьютеров» еще далеко, переносить производство в Азию тоже пока еще в голову никому не приходит. Часы делались вручную, добротно и на совесть. Поэтому механизмы тех лет имеют хорошую репутацию просто в силу своего возраста. И потом все-таки есть разница: механизм, сделанный вручную, и механизм, спроектированный на компьютере и изготовленный на станке с программным управлением. Это как пирамида Хеопса, построенная при помощи бульдозеров и подъемных кранов. Форма и размер совпадают, но все равно не то…

А еще многие убеждены, что старые механизмы — это просто красиво. Марка Favre-Leuba не только зарядила часы винтажным механизмом A. Schild, но и предоставила владельцу возможность любоваться им через полупрозрачный циферблат. И, кстати, 47-летний возраст механизма — это полная гарантия того, что в нем нет ни одной китайской детали. 100-процентный «Swiss made».