«Дружить „за“ и объединяться на почве любви»

«В советской России любили учиться. А в 1990-е люди должны были выживать. Уровень преподавания стал падать. И вдруг, когда на какое-то время наступила экономическая стабилизация, многие поняли, что образование — это иная форма капитала. Сегодня интерес к разного рода лекториям появился снова». В середине апреля в Женеве в рамках лектория Lemanika состоятся лекции Галины Аксеновой на тему «Приближение к Чаплину», «Мода в кино», «Золотой век Голливуда».

Галина Аксенова — историк кино, театровед, режиссер, сценарист, педагог, переводчик. В преддверии своего визита в Швейцарию она отвечает на вопросы aboutswiss.ch.

Чем лекторий может быть привлекателен для будущих слушателей?

Насколько я знаю, в Швейцарии нет лектория, как в Москве, например. Так что идея клуба Lemanika: лекции, встречи, совместные походы на оперные и театральные спектакли, на фильмы, путешествия в мир искусства и в новые страны, — все это может стать прекрасным начинанием. Дай Б-г удачи любому благому делу, тем более что плохих инициатив хватает. Я из театрального мира, где закулисье, к сожалению, играет печальную роль и где часто задается вопрос: «Против кого дружите?» Так вот, хочется дружить «за», а не «против», объединяться на почве любви, а не ненависти. Если это удастся клубу Lemanika, я буду за вас (и за себя) рада.

По опыту путешествий, по опыту работы я вижу, что за границей эмигранты часто возвращаются в свою языковую среду, поэтому, думаю, лекторий может помочь собрать единомышленников, людей похожих стремлений, интересов, воспитания, увлечений. Конечно, будет происходить естественный отбор — кто-то придет один раз и решит, что уезжал за границу не для того, чтобы общаться с русскими; кто-то найдет друзей, с кем ему будет приятно проводить время. Лекторий — это и образовательная программа, и форма социализации. Такие лектории существовали у первой русской эмиграции, такой лекторий уже много лет работает в Лондоне. Он может принимать разные формы: например, несколько моих образованных подруг создали в Нью-Йорке книжный клуб, где они встречаются и обсуждают новые книги на русском. Когда человек живет вне страны рождения, у него есть шанс «усидеть на двух стульях»: влиться в культурный процесс, происходящий вокруг, и сохранить то, что дано от рождения — русский язык. Умные люди стараются не выбирать, а пользоваться и тем, и другим.

Как Вы выбрали темы для первого цикла лекций? Как возник Ваш интерес к немому кино?

Начало кинолектория совпадает с показом фильм «Малыш» Чарли Чаплина с музыкальным сопровождением: первая тема напрашивалась сама собой. Немым кино я увлеклась давно — пятнадцать лет езжу на фестиваль архивного кино в итальянском городе Порденоне, куда свозят отреставрированные или недавно обнаруженные (такое случается часто) немые фильмы. Думаю, этот кинематограф был ближе к балету и живописи, чем к театру и литературе — как современный. С появлением звука кинематограф не поменялся и, мне кажется, неправильно говорить: «В 1927 году в кино пришел звук». Нет, великий немой кинематограф умер; это Атлантида, которая ушла на дно. Вот об этом мне интересно узнавать новое и делиться тем, что я знаю.

Какие еще курсы Вы планируете читать?

Второй цикл — «Мода в кино» — мой давнишний интерес. Мне с ранней юности интересно наблюдать, как через костюм рассказывается содержание. Я писала свой диплом о Театре на Таганке, ходила на спектакли, который поставил Юрий Любимов, а художником был гениальный Давид Боровский. А рядом — Алла Демидова, которая в советские годы одевалась не только со вкусом, но у нее был стиль: кроме нее, никого не помню, о ком можно было бы так сказать. Мне интересно, как искусство говорит о серьезных вещах, не употребляя слов — отсюда и мое увлечение немым кинематографом. Кроме того, я старьевщик, занималась винтажем, у меня была большая коллекция одежды и шляп XX века, но их сложно держать в квартире, пришлось расстаться. Оставила только коллекцию сумок: у меня 400 сумок, от XVIII до середины XX века. Сейчас выходит книга о разных коллекциях, где моя большая статья об истории сумки. Культура повседневности, судьбы простых предметов, которые нас окружают и об истории которых мы не задумываемся, меня интересуют.

Третий цикл — «Золотой век Голливуда». Когда-то я преподавала в Атланте в Университете Эмори, где встретила блестящего педагога и киноведа, автора серьезной книги по истории кинематографа — Дэвида Кука. Мы подружились, и я стала ходить на его лекции — он серьезный специалист по старому американскому кинематографу и увлек меня в эту сторону. Мне захотелось серьезно разобраться, что это было, как создавалось, почему кино в 1930-1950-е было так популярно, почему так влияло на людей. Я втянулась, а так как сейчас все больше и больше появляется старых фильмов на DVD, на YouTube, в интернете, то я иногда не успеваю смотреть фильмы новые, у меня впереди еще много премьер 1930-х.

Чем Вам интересна Швейцария, в том числе как киноведу?

Я никогда не была в Швейцарии, и пока страна состоит для меня из штампов — банки, часы, горы, озера. У меня в воображении пока нет «моей Швейцарии». Есть люди, которые здесь жили и которые меня интересуют, здесь умерла актриса немого кино, чья биография меня занимает.

Чем Вы занимаетесь как киновед?

Я люблю учиться — это один из смыслов моей жизни. У меня есть тайные амбиции — не только читать лекции о кино, но снять фильм. Хотя я стараюсь убедить себя, что критик и режиссер — разные профессии. С иронией добавлю — критиковать легче. Это только кажется, что, если ты способен разложить фильм на слагаемые и проанализировать их, — ты готов быть и кинорежиссером. Увы, это не так. Хотя я сделала несколько документальных фильмов как режиссер: «Марина Ладынина. Кинозвезда между серпом и молотом», «Владимир Тендряков. Портрет на фоне времени», «Последний поэт великой войны», «Борис Заборов. В поисках утраченного времени», а недавно, впервые в жизни, оказалась одним из постановщиков спектакля — «Флейта-позвоночник» на малой сцене театра на Таганке.

Помогает ли Вам в работе то, что Ваш муж — выдающийся артист? Или в мужу с женой смежными специальностями лучше не заниматься?

Конечно, помогает! Вениамин Борисович — мой учитель, я очень многим в жизни обязана ему. Благодаря ему я встретила людей, которые сегодня стали легендами — Юрия Визбора, Владимира Высоцкого, Булата Окуджаву, Леонида Филатова, Юрия Трифонова — и это только начало списка. Благодаря ему мой брат познакомился со своей женой — дочерью великого писателя Владимира Тендрякова. Не знаю про другие профессии, но что касается театра и кино — это замечательно, когда члены семьи увлечены одним делом. Мы вместе с Вениамином Борисовичем (Смеховым, прим. ред.) и Аликой Смеховой сделали две театральные программы — «Двенадцать месяцев танго» и «Старомодное признание». Семейная корпорация, которая занимается искусством и члены которой любят друг друга — это счастье.

Подробная программа лектория: www.lemanika.com