Фатум в туфельках

Имя драматурга Лукаса Берфуса в России хорошо знают — его пьесы «Сексуальные неврозы наших родителей», «Тест», «Путешествие Алисы в Швейцарию» были переведены на русский язык и поставлены на сценах отечественных театров. Совсем недавно вышел русский перевод нового романа Лукаса Берфуса Hagard.

Издатель Игорь Савкин («Алетейя») и переводчик Татьяна Набатникова решили, что для русской версии необходимо подобрать другое название хотя бы в силу той причины, что ни в немецком языке, ни в русском такого слова нет. Hagard — хищная птица южноамериканского происхождения, которая не поддается дрессировке. Это очень важная метафора, к которой мы еще вернемся, а пока скажем пару слов о русском названии книги — «Безбилетник». По мнению переводчика Татьяны Набатниковой, оно точно соответствует «человеку, который выпал из аккуратной добропорядочной системы, тем более что герой и впрямь ездит на электричке без билета и удирает от контролеров, теряя на ходу ботинок». Обложка тоже удачная — на переплете мы видим почти исчезнувшего, буквально на наших глазах испаряющегося человека, погнавшегося за миражом и самого теперь ставшего миражом… В общем, российские издатели сделали все, что могли, для того, чтобы книга Лукаса Берфуса вызвала интерес у читающей публики.

Берфус прежде всего драматург, и это ощущается в прозе, что называется, на каждом уровне. Он выстраивает сюжет так, что зритель (то есть, простите, читатель) следит за ним безотрывно: здесь даже авторские размышления подчинены драматургическим законам и не воспринимаются в качестве «воды», налитой для объема. Кстати, по поводу объема. Было бы точнее (или честнее), как мне показалось, назвать этот текст не романом, а повестью, новеллой или даже рассказом. Все-таки пять листов для романа — маловато, да и сюжетная линия, по большому счету, здесь только одна…

Татьяна Набатникова, переводчик книги, считает, что эта история — «о том, как человек по-дурацки выглядит, когда он внезапно влюбился. И сам не понимает, что с ним происходит, и забывает все на свете». Мне же показалось, что «Безбилетник» совсем о другом. Филип, главный персонаж книги, тот самый не поддающийся дрессировке «безбилетник», идет по городу вслед за незнакомой девушкой не потому, что он внезапно влюбился, а потому, что он, как любой другой человек, — любой из нас! — сам себя не знает и не понимает настолько, чтобы объяснить свое внезапное решение бросить все ради фантома чем-то другим, кроме как любовью. Она, как известно, все покрывает и оправдывает, вот мы ею всегда и оправдываемся. Даже когда никакой любви нет.

Девушка в туфлях сливового цвета (именно их Филип замечает в первую очередь, а вот лица своей незнакомки он не видит, но разве лицо имеет значение, если речь идет о мираже?) легко и просто изымает Филипа из его обычной, размеренной жизни успешного бизнесмена, и всего через сутки он приходит к своему полному краху.

К слову, это популярный мотив в современной европейской прозе, персонажи которой, уставшие от рутины и бессмысленности своего существования, уставшие от страха и притворства, пытаются в одночасье изменить свою жизнь при помощи какого-нибудь неожиданного поступка, такого, например, как бросить все свои дела (а также близких людей, ведь у героя есть сын) и отправиться на поиски счастья, поиски смысла жизни, поиски правды о самом себе. Голос автора, рассказывающего нам историю Филипа, — по сути, его альтер эго. Филип, вне сомнений, тот самый «друг», злоключения которого мы пересказываем психотерапевту, чтобы получить квалифицированный совет. Нормальная такая европейская история, можно сказать, стандартная для нашего времени: желание вырваться из клетки, в которую тебя загнали общество, традиции, цивилизация и так далее. Пуститься на поиски синей птицы в лиловых туфельках… Читатель должен отнестись к этому порыву — реализованному к тому же — с пониманием, сочувствием и жалостью, но здесь есть одно очень важное «но». Как бы ни достала нас повседневная жизнь, изменить ее одним махом имеет право лишь тот, кто не отвечает за близких — слабых, старых, малых, больных. У Филипа, повторюсь, есть маленький сын, который находится под присмотром няни-надомницы, нелегалки. И вот об этой няне герой беспокоится куда сильнее, чем о собственном ребенке: автор лишь вскользь упоминает о мальчике, а Филип — тот не вспоминает его вообще. Он начинает чувствовать себя живым, преследуя незнакомую девушку и теряя, как фигуры в шахматах, одно свое преимущество за другим. Происходит это стремительно — слой цивилизации оказывается тоньше фальшивой позолоты. Вот в этом, как мне кажется, и состоит главное достоинство романа: автору важнее рассказать о том, как близок каждый из нас к перемене своей участи, и о том, с каким упорством мы оправдываем свои заблуждения, чем рассказывать о будто бы любви к случайной незнакомке, первой встречной, пусть она и неземной красоты и в туфельках сливового цвета.

Птица, не поддающаяся дрессировке, это не сам Филип, не «голос автора» и не загадочная безликая девушка, а тот неумолимый фатум, что ни капельки не изменился с античных времен.

И все же Филип хотя бы попробовал пойти следом за своим желанием, а многие из нас так и проведут всю жизнь в ненавистной клетке, из которой лишь один выход — на чужой балкон с крыши, через разбитое стекло.

Автор благодарит издательство «Алетейя» и переводчика Татьяну Набатникову за помощь в подготовке материала.

Лукас Берфус (Lukas Bärfuss, род. 1971) — швейцарский драматург и прозаик. Родился в Туне, сразу после окончания школы работал арматурщиком, садоводом, продавцом книг и так далее. В 1997 году начал писать пьесы и довольно быстро добился признания.

Сегодня Лукас Берфус — штатный драматург цюрихского Шаушпильхауса (драматического театра), преподаватель Бильского литературного института, знаменитой «кузницы творческих кадров», лауреат, номинант и стипендиат самых разных литературных и театральных премий (среди них — Культурная премия города Тун, Литературная премия города Берн и т.д.), а также сооснователь театральной группы «400 asa» в Цюрихе.

Берфус также успешный прозаик, его роман «Сто дней» был опубликован издательством Wallstein в 2008 году, а новелла «Мертвые мужчины» вышла в издательстве Suhrkamp десятью годами ранее. ФОТО: ansichten.srf.ch

Уважаемые читатели «РШ», специально для вас мы запустили канал в мессенджере Telegram. Подписывайтесь на нас — вы будете узнавать новости о Швейцарии, а также свежую аналитику из первых рук и максимально оперативно. Благодарим вас за то, что вы с нами!