Как я получал «C» в Швейцарии, или опыт одного ПМЖ

Я переехал в Швейцарию в марте 2007 года. Точную дату — 9 марта — запомнить легко, потому что 8 марта непременно хотелось провести в Саратове, чтобы поздравить маму с праздником, а смена места жительства состоялась на следующий день. Уладив формальности, я получил вид на жительство категории «B» и узнал, что еще бывает категории «C», он же — разрешение на поселение. О нем я немедленно начал мечтать.

Начало новой жизни

В исследовательской лаборатории IBM в Рюшликоне ожидали увидеть меня на рабочем месте еще 1 марта, как было оговорено в контракте. И хотя Посольство Швейцарии в Москве выдало мне въездную визу за день до этого — 28 февраля, я не мог в тот же день переехать в другую страну и сразу (назавтра) выйти на работу!

Неделя ушла на сборы, продажу автомобиля, прощальные вечеринки с родственниками, друзьями и коллегами по мебельной фабрике. Мне посчастливилось иметь щедрого и заботливого работодателя. IBM не только уладил все формальности с переездом, но и сразу предложил оплатить мне занятия немецким языком в недешевой школе Inlingua. Школа мне очень нравилась: маленькие группы по 3–5 человек, а главное — мне очень повезло с обеими преподавательницами. Итогом полутора с лишним лет занятий стал успешно сданный экзамен на уровень B1 (с соответствующим сертификатом, который потом пригодится и важен для истории), а также полное отсутствие разговорной практики. На работе все было по-английски, а в гастрономах — все зашифровано в штрихкодах на упаковке товара.

Ежегодная рутина

Каждый год я, как и многие иностранцы тут, подавал документы на продление своего вида на жительство. Каждый год нужно было провести нехитрые, в общем, манипуляции: сделать фотографию, заполнить небольшую анкету на такой темно-зеленой бумаге, получить на нее штамп работодателя, снести все в «сельсовет» (такое вот прилипло слово для обозначения муниципальной власти, будь то Gemeindehaus, Stadthaus, Kreisbüro, Municipalité или Municipio), заплатить копеечку, в конце концов. Копеечка росла в цене по мере усложнения процесса и повышения технологичности самого пермита. За бумажный вкладыш в полиэтиленовом чехольчике в 2007 г. брали 65 франков, а за карточку с чипом и за снятие электронных отпечатков пальцев в 2011-м — уже 122 франка.

Промелькнули четыре года. Вот так, коротко, как эта фраза. Годы были насыщены событиями, поездками, встречами, Альпами. Все это имеет слабое отношение к теме, за исключением, пожалуй, Альп. Гуляя по горам, я много раз восхищался размахом деятельности клуба SAC (Schweizer Alpen Club) и был благодарен его участникам за лавочки, которые попадались мне в пути и были весьма кстати для отдыха и пикника. Поэтому однажды я вступил в клуб и стал платить ежегодные членские взносы.

Первый бой

В январе 2012-го начался самый волнительный этап во всей этой истории. Получив очередное приглашение на очередное продление истекающего вскоре вида на жительство категории «B», я сказал в «сельсовете», что прожил в стране почти пять лет, считаю, что я хорошо интегрирован в общество, и запросил список документов, необходимых для подачи запроса на категорию «C». Этот список в моем случае включал в себя: заполненную анкету (стандартную, темно-зеленую, ту же, что и на «B»), копию паспорта, копию договора с работодателем, выписку из реестра уголовных преступлений (Strafregisterauszug, нем.), выписку из реестра просроченных долгов (Betreibungsregisterauszug, нем.), справку о том, что я никогда не получал социальную помощь (Bestätigung der Abteilung Soziales, нем.). Может, иного швейцарца и напугает перспектива собирать такой список документов, но только не нас, знакомых с бюрократией советской закалки!

После нескольких лет практики анкета заполняется за секунды, а без копии и оригинала паспорта наш человек так и так не привык появляться в чиновничьих кабинетах Москвы, Петропавловска или Бишкека. Примерно так же, как и в Швейцарии, часто нужна выписка из реестра просроченных долгов, — для аренды квартиры, для получения кредита или поручительства за другого иностранца. Чуть хитрее вопрос было со справкой о том, что я не уголовник. Eе можно заказать онлайн, оплатить 20 франков кредитной картой, распечатанный бланк заказа вместе с копией удостоверения личности отправить почтой в Берн и почтой же получить документ. Справку о том, что я никогда не получал социальной помощи, мне любезно прислали бесплатно на следующий же день после моего телефонного звонка. Правда, нужный номер пришлось выпытывать все в том же «сельсовете».

Собрав все требуемые документы, я решил, что попробую всех перехитрить и приложу еще пару документов. Ими стали копия сертификата о сдаче экзамена по немецкому на уровне B1, а также мое письмо в свободной форме, обращенное к миграционным властям. Что-то в духе «я — русский Иван, член вашего Швейцарского альпийского клуба, дайте мне „C“ уже, за отзывами обо мне звоните на работу в отдел кадров». Благо, отдел кадров представлен юной швейцаркой и всегда готов дать положительный отзыв. В итоге все бумаги были сданы в «сельсовет», оттуда они отправились в миграционную службу. Прямо в том же январе я получил долгожданный конверт, а там…

Нокдаун

А там, в конверте, где обычно еще до вскрытия чувствовалась наощупь пластиковая карточка, ничего подобного не прощупывалось. Там был отказ: подробное письмо с объяснением причин отказа, со ссылками на многочисленные законы.

Всякий раз при общении с местными чиновниками меня не покидает мысль, что правая рука бюрократа не ведает, что творит левая.

Мне сообщали, что для граждан России не предусмотрено государственного договора или какого-либо другого основания требовать постоянный вид на жительство ранее, чем через 10 лет проживания в Швейцарии. Мне продлят мой имеющийся пермит «B». Если я не согласен с таким положением дел, то могу в течение 10 дней письменно сообщить об этом, и тогда мне будет сообщено решение миграционных властей и разъяснен законный порядок его обжалования.

Второй бой

Тон письма был очень твердый, даже жесткий, а последняя фраза вовсе навевала страх в духе «щас и это отнимут». Было не совсем ясно, что делать, и почему мои указания на хорошую интеграцию в стране проигнорированы. Поэтому я решился позвонить в этот самый Миграционный отдел (Migrationsamt, нем.) кантона Цюрих, и мне снова очень повезло. Дама на телефоне посоветовала ответить на отказ письменным запросом о рассмотрении моего случая в соответствии с распорядком об интеграции иностранцев (VIntA).

Всякий раз при общении с местными чиновниками меня не покидает мысль, что правая рука бюрократа не ведает, что творит левая: один господин дает твердый отказ, а его коллега советует противоядие — написать письмо с пятью буквами. Она так и продиктовала: VINTA. Я последовал совету, сославшись для надежности не только на некий распорядок, но и на 34 статью Федерального закона «Об иностранцах» (см. врезку), а также снова упомянул свой отдел кадров.

Победа

Ожидание ответной реакции было куда более неспокойным, чем обычно. Но на этот раз все прошло как по маслу. Если в предыдущие годы при регулярном продлении я получал новый документ только в начале марта (однажды и вовсе в конце апреля), то долгожданный «C» мне прислали уже 20 февраля, то есть через 4 года и 11,5 месяца проживания в стране.

Сейчас, спустя год, та борьба с бюрократией не кажется чем-то особенным (делов-то на два письма). Но сопровождавшие тот процесс эмоции помню до сих пор.