Шаги к вершинам и шаг в расселину. Две истории

Жить в Швейцарии и не сделать шаг в горы? Практически невозможно. Альпы — визитная карточка страны. Горы здесь везде. Или почти везде. Мой личный путь наверх откладывался в долгий ящик из-за одного неосторожного шага — поскользнулась на льду декабрьской лужи и получила перелом. Это событие почти на 10 лет поселило в душе страх перед наклонными и скользкими поверхностями и сделало затруднительными долгие пешие прогулки. Походы в горы оставались запретной темой. И только недавно, впервые побывав в «настоящих» горах, на высоте 2500 метров, я подумала: «Почему, ну почему я так долго ждала?»

Горы — это сила. Для большинства швейцарцев почти одно и то же: любить горы, ходить в горы, кататься с гор. Детей ставят на лыжи года в три или раньше, порой малыш толком шаг сделать не может, но быстро несется на лыжах вниз, без страха. И рассказать я хочу две истории: восхождения и падения. Герои их — наши соотечественники, место действия — Альпы.

История первая. Когда начинается восхождение

Юля Васильева продолжала ходить в горы и тогда, когда уже знала, что родиться должен мальчик. Был ли у сынишки выбор: разве мог он не научиться покорять горные вершины? Вопрос «оставить Даню с бабушками-дедушками» не возникал, те были далеко, в России. А горы, как говорили молодые родители — Юля и Родион, — «зовут, и это необъяснимо». С тех пор как малышу исполнилось 5 месяцев, в Альпы без него практически не ходили. Первая Данина высота, или, точнее, папина с Даней, сидевшим или висевшим в специальном рюкзаке для детей, составила почти 1300 метров н. у. м. — деревня Венген (Wengen), красивейшее место Швейцарии. Спустя месяц была достигнута высота в 1800 м. В тот же год была покорена не самая высокая даже по меркам Аппенцелля вершина Альп Сигел (Alp Siegel, 1579 м) — но наисложнейший маршрут к ней был пройден вместе с Даниилом.

Недавно он стал первым ребенком, добравшимся до хижины Кабан-де-Тракут (Cabane de Tracuit, 3256 м), которая находится в Пеннинских (Валлийских) Альпах. Явление трехлетнего малыша на вершине сначала удивило, потом восхитило видавших виды хозяев горной хижины, они уважительно отнеслись к родителям, а Дане подарили шапку с названием отеля и указанием высоты покоренной вершины. Малыш был счастлив. Папа Родион тоже — 20-килограммового ребенка пришлось в основном ему поднимать наверх в рюкзаке, у Юли в том восхождении перехватывало дыхание, когда ее мужчины преодолевали трудные участки. Путь был неблизкий, Даня — и такое случалось — боялся и хныкал, родители отвлекали как могли: сказками, песнями, разговорами. Пока самой высокой вершиной мальчика стал Бархорн (Barrhorn, 3610), немногие из взрослых и сильных людей добираются до таких высот. Но родители Дани — целеустремленные. «Терпение, сила духа, выносливость и упорство — важные качества», — говорят Васильевы, желая воспитать таковые у сына. Получается. Малыш с нетерпением ждет следующих походов, сам с удовольствием собирает свой походный рюкзачок.

История вторая. Шаг в ледяную пропасть

Горы — это счастье. Но шутить с ними не стоит. Только как уловить эту тонкую связь между воодушевлением и опасностью? В горах случайности и оплошности могут привести к страшным испытаниям. Такое пережила моя знакомая Марина Бергер. Прошло много лет, но она до сих пор так переживает, что попросила изменить в пересказе ее истории имя.

Солнечный морозным днем семья Бергер вышла на лыжню в Церматте. Опытные Бергеры-мужчины — муж Марины и два ее семилетних сына-близнеца — отправились кататься на высокие и сложные трассы, Марина осталась на «синей» — там, где спуск не так крут. Не дождавшись мальчиков с папой в условленное время и назначенном месте, позлившись на себя за забывчивость — телефон оставила в номере, — Марина решила вернуться к гостинице. Она заметила вертолет Rega, низко кружащий над лыжной трассой, но на горных склонах это, увы, дело привычное. В тяжелых лыжных ботинках (ключ от шкафчика со сменной обувью муж положил в свой карман) Бергер неторопливым шагом добралась до гостиницы, надеясь, что ее лыжники уже там. В номере никого не было. На телефонные звонки муж не отвечал.

Спустившись к стойке регистрации, Марина подошла за советом к хозяйке гостиницы, та позвонила на подъемник и изменилась в лице. «Что случилось?» — прошептала Марина.

Случилось непредвиденное. Сойдя с лыжной трассы, чтобы сделать пару красивых снимков, муж Марины потянулся за сыном, провалившимся по пояс в снег, и вдруг… полетел вниз, в расселину в леднике, притаившуюся под снегом. Мальчишка соскользнул следом. Второй сын в растерянности и ужасе застыл на обочине трассы. Погода начинала меняться, пришла пурга.

Трещина глубиной около 20 метров сужалась книзу, как воронка, папа падал первым — и это спасло обоих. Бергер застрял в узком месте, сын оказался у него в руках. Оставшийся наверху Бергер-младший замахал съезжавшим по трассе горнолыжникам. Ветер поднимал снег, видимость становилась все хуже, но мальчишку заметили сразу. Понеслись вниз за подмогой, телефоны зазвонили в воздушной спасательной службе Rega.

Как бы быстро и слаженно ни работали спасатели, Бергеру пришлось пережить несколько страшных часов в леднике. Пока тот самый вертолет, который видела Марина, летел к ним, он держал сына на плечах и старался не шевелиться, чтобы трещина не стала расползаться дальше. И в то же время ему нужно было говорить сыну, возможно, самые важные слова в жизни. Уверенность, что помощь придет — главная надежда в горах.

Бергеры замерзали. Операция спасения длилась пять часов. Вытащить сына оказалось проще, Бергер-старший застрял по пояс. Лед не собирался его отпускать. Упорство, терпение и сила духа — важные человеческие качества в горах.

Вертолет доставил освобожденных из плена льда и ужаса в госпиталь. Марину туда везла хозяйка гостиницы на машине. Без поддержки и соучастия трудно в горах. Осознание произошедшего пришло позже, когда Марина обняла детей, выслушала врачей, увидела мужа. Он — спортивный крепкий мужчина — с сильнейшим обморожением на больничной койке выглядел неважно. Но при падении в трещину ни папа, ни сын не получили никаких опасных для жизни переломов и сотрясений, лишь ссадины, синяки, порезы. И еще стресс, холод. Утром следующего дня, позвонив в больницу, Марина услышала: «Угрозы для жизни больше нет, состояние улучшается». Только тогда до нее дошло, почему врач вчера настойчиво просил попрощаться с мужем.

Через два дня Бергера выписали. Спустя еще три дня родители следили за лыжными соревнованиями, в которых участвовали близнецы. Детская память легче справляется со страшными происшествиями, и радость побед важнее, чем страх. Родители приходили в себя дольше. Сейчас они нашли в себе силы вернуться в горы, но с одним «но» — ледники теперь для них «ноу-гоу». Вспоминая ту ситуацию, Марина все еще плачет и рассказывает, что тогда мальчишки много рисовали, выплескивая пережитый страх на бумагу. Пережитый ли?

Уважаемые читатели «РШ», специально для вас мы запустили канал в мессенджере Telegram. Подписывайтесь на нас — вы будете узнавать новости о Швейцарии, а также свежую аналитику из первых рук и максимально оперативно. Благодарим вас за то, что вы с нами!