Прекрасный выбор, или женская логика

В те недавние времена, когда телевизор еще не был подключен к Интернету, когда телефон еще не был настолько функциональным, а использовался только для звонков и эсэмэсок, иногда приходилось переносить свой PC (персональный компьютер) из комнаты в комнату, чтобы, не мешая домочадцам, в одиночестве посмотреть какие-то передачи или фильмы, никому, кроме меня, не интересные. Мой МАС еще не был таким тонким и легким, как последние модели, и таскать его из комнаты в комнату было утомительно. Каждый раз надо было из нескольких домашних РС-ов определить, который мой, отключить, перенести, опять подключить.

В конце концов я решила приобрести себе простенький лэптоп по возможности с большим экраном и какого-нибудь отличного от всех имеющихся в доме цвета с единственной целью смотреть по нему то, что «только для женщин».

В «Медиа-Маркте» молодой консультант услужливо предложил свою помощь и взахлеб начал нахваливать «фичи» (уникальные свойства) новейших компьютеров. «Мне нужен легкий, с довольно большим экраном, в идеале красный или другого „заметного“ цвета», прервала его я. Парень офонарел: «Красный?!» и начал заикаться. Пытаюсь объяснить: «Мне нужно, чтобы я его издалека видела, если мне захочется перенести свой комп в другое место; чтобы он не сливался ни со столом, ни с тумбочкой, ни с диваном, ни с полом в туалете». «Н-ну ввы понимаете, что в наших компьютерах процессоры нового поколения…» «Красные есть или нет?» – я нетерпеливо оборвала его. «Нет, – растерянно произнес юноша, – только черные и серебристые». «Понятно. Сделано мужчинами для мужчин. До свидания!» – сказала я. «Подождите! – видя ускользающего клиента, парень снова обрел дар речи и уцепился за последнюю надежду… – Ну как же вам объяснить?! Вот когда вы выбираете машину, вы разве смотрите на ее цвет?! Вас же в первую очередь интересуют ее технические характеристики!». «Эх, мальчик, – вздохнула я, – как мало ты еще знаешь про женщин!»

Где-то в Америке

Владелец гаража, он же — продавец машин, узнав, что мы из Швейцарии, удовлетворенно отвалился в большое удобное кресло и, задав мне естественный вопрос, какую бы машину я хотела, стал закидывать ноги на стоящий перед ним внушительных размеров журнальный столик, настраиваясь, очевидно, на длительную беседу. Возможно, ему хотелось поведать о крутейших новинках современности; поразить достоинствами новых моделей: маневренностью, плавностью хода, функциями автоматизации, цифровыми технологиями; разжечь наш интерес, уговорить и раскрутить «богатеньких европейцев» на нечто престижное и дорогостоящее. Однако, не дав ему даже удобно расположиться, я выдала свое единственное требование к машине: «Мне нужно красную». «Красную?» – продавец аж поперхнулся. «Да, да! Покажите мне все красные в пределах…» – я назвала цену.

Пока мы шли к машинам, продавец никак не мог прийти в себя. Он почему-то подпрыгивал, быстро перебирая в воздухе ногами, как будто прокручивал невидимое велосипедное колесо и постоянно повторял: «Красную?! Красную?! Значит, красную?!» «Странное выражение эмоций, – подумалось мне, – скачет, как горный козел». Хотя я тут же поймала себя на мысли, что понятия не имею, как скачут горные козлы.

Автомобили стояли на огромной стоянке, рассортированные по цветам. «Мои» сразу выделялись своей яркостью. К ним мы и направились. Я чуть прошлась меж двух рядов легковушек от абрикосовых до темно-бордовых цветов и наконец увидела свою красавицу. Вишневая, блестящая, она переливалась на солнце, играла лучами и манила своей девственностью. Почему-то вспомнилось, как в детстве тайком от родителей мне дали попробовать вишневую наливочку, поразившую своим густым и глубоким цветом спелых ягод и терпким вкусом. Машина вызвала такие отчетливые воспоминания о той самой наливочке, что захотелось облизнуться. «Вот эта мне нравится», показала я, остановившись около автомобиля с аккуратным компактным задом (припаркуешься даже в Швейцарии!) и с кокетливым козырьком над ним.

Хозяин недоуменно вскинул бровь, и на его лице ясно прочлось: «Почему именно эту? По каким таким критериям и как это возможно вот так выбирать себе транспортное средство?»

Но вслух он произнес одобрительно: «Хорошая машина» и начал было подробную презентацию автомобиля. Из всей его бессмысленной для меня речи выделились «аутомейшн», «дизайн» и, самое понятное, невербально поднятый вверх большой палец.

Спасибо, я попыталась вклиниться в словесный поток, мне все ясно. Избыток информации в данном случае будет мне бесполезен даже на родном русском».

«Прекрасный выбор!» – продавец произнес это так, будто его прервали во время полета. «Но, скажите, мне очень интересно, почему вы выбрали именно эту машину?». «Оттенок обалденный, – сказала я, – ну и дизайн». Продавец удовлетворенно вздохнул: «Я рад, что и внутренности у нее надежные, тут вы угадали».

Посмотрели салон. Он обычный, деловой: ничто не отвлекает, пахнет чистым и новым. Беру!

Пока помощники оформляли покупку, мы говорили о езде по швейцарским дорогам. Я сказала: «Если возьмем машину с собой, то хорошо, что она будет такого яркого цвета. Еще даже не видя моих номерных знаков (AG), что в Конфедерации ассоциируется с повышенной опасностью «ахтунг гефар!», водители на дорогах уже будут относиться ко мне с повышенной внимательностью.

Продавец заученно-искренне улыбался белозубой американской улыбкой, стараясь с интересом поддерживать наш разговор. «Неужели правда, что в такой маленькой стране много кантонов, как вы говорите, и во всех кантонах водят по-разному?!» «Да, – подтверждаю я, – кантонов много. Правила дорожного движения общие по стране, но в каждом кантоне свои нюансы вождения».

И вспоминаю историю.

Осторожно, опасность миновала

Свои первые права я получала в Швейцарии. Обычно это действо происходит в кантоне, в котором живешь. Сначала сдается экзамен по теории вождения, потом экзамен практический. Водить учатся тоже в своем кантоне, иногда для профилактики заезжая в какой-нибудь соседний. На экзамене проезжаешь по городу от ГАИ до автобана, с автобана — желательно вовремя — съезжаешь в какой-нибудь соседний городок, проезжаешь до следующего населенного пункта с очень узкими улочками с ограниченной до 20-30 км/ч скоростью и, в конце концов, опять возвращаешься к ГАИ. Иногда просят проехать до своего дома. Это дорога, которой будешь пользоваться чаще всего.

После получения прав в городе Бадене моей первой серьезной вылазкой была поездка в Цюрих на вечеринку, организованную в русском ресторане, который тогда находился недалеко от Парадеплатц. Навигаторов еще не было. До города можно было доехать по указателям на дорогах, а вот в городе уже приходилось крутить головой и на ходу соображать, куда ехать дальше. Заметив знакомые места (я уже была в этом ресторане и приблизительно помнила, где он находится), начала приглядываться к зданиям и пытаться на ходу прочесть названия улиц, но идущие за мной машины подпирали так, что казалось, я могла бы двигаться, направляемая одним лишь воздушным потоком. Поэтому лишь проехав мимо ресторана, я заметила, что таки проехала мимо ресторана. Всего через несколько десятков метров справа по ходу оказалась автомобильная стоянка, куда я, недолго думая, заехала, чтобы развернуться и податься назад к нужному мне месту. В то время, когда я разворачивалась, на стоянку въезжала какая-то машина серебристого цвета. Вдруг она резко затормозила, будто застряла в проезде, из нее с поднятыми кулаками выскочил разъяренный водитель, агрессивно двинулся в мою сторону и стал что-то орать во весь голос. Я не сразу сообразила, что являюсь причиной такого возмущения и что этот ор адресован мне. Потом ухо выделило: «Ага! AG! Все понятно!» И далее мозг вдруг стал воспринимать «цюридюч» как родной по одной лишь интонации кричащего мужика: «Кто же еще, если не эти придурки, заедет на стоянку, чтобы потом развернуться на улице с односторонним движением!»

От услышанного я опешила. Во-первых, я никогда в жизни не обращала внимания на то, что, оказывается, есть улицы с односторонним движением. Во-вторых, там, где меня учили водить, таких улиц не было, в-третьих, шаря глазами в поисках знакомого здания, я не сообразила периодически задирать голову к небу с целью поинтересоваться, не стоит ли там знак, что-либо запрещающий.

Когда мне стало ясно, что меня обзывают аргауерским колхозником, я пошла в наступление на агрессора, который сам выглядел далеко не как горожанин: загорелый (бабушка про таких говорила «на озеленении работает»), явно выросший на земле и взрощенный на биопродуктах с собственного огорода. «Кто аргауерин?! – закричала я в ответ. Я?! Я – москвичка! И в вашем Цюрихе впервые в жизни! Лучше расскажите, как мне отсюда выбраться! Мне надо туда!» я махнула рукой налево. Мужик от неожиданности на мгновение замер с выпученными глазами. Он никак не ожидал, что из машины с номерными знаками AG выскочит блондинка в почти вечернем платье, в красной туфле на высоком каблуке на левой ноге и в белой кроссовке на правой. Чуть оправившись, цюрихец сменил гнев на милость и уже мирно и дружелюбно показал мне на знак одностороннего движения, а потом объяснил, откуда выехать и как проехать, чтобы попасть к нужному мне месту.

После этой истории я поняла, почему водители соседних кантонов так напрягаются, видя «чужаков» на своих трассах. Естественно, проезд по самому густонаселенному городу Гельвеции Цюриху, где даже ходят трамваи, отличается от езды по провинциальным городкам типа Бадена. Кроме того, в разных кантонах разный ландшафт, соответственно, немного разные дороги, и в незнакомых местах могут оказаться неожиданные подставы в виде пешеходного перехода сразу за круговым движением или за изогнутым мостиком; либо узкие горные дорожки, где едва разъедутся две легковушки; причем, глядя на такую дорожку, ни за что не поверишь, что можно умудриться там разъехаться.

Иногородних на дорогах не любит никто. По незнакомым местам человек ездит неуверенно, иногда сворачивает не туда, куда ему нужно, потом пытается вернуться, тормозя весь поток машин аборигенов, и волей-неволей нервирует тех, кто хочет поскорее добраться домой по знакомой «тропинке».

Швейцарцы язвительно шутят над номерными знаками своих соседей. Если AG это – «осторожно, опасность», то AG в зеркале заднего вида – уже «ауссер гефар», «вне опасности» или «опасность миновала». Над самыми медлительными жителями бернского кантона с аббревиатурой BE (Берн) подтрунивают, расшифровывая ее как «бин айлиг» («тороплюсь») или «бруухт эвиг», то есть такой неторопливый, будто вечность впереди.

Бернцы действительно очень неторопливы. Они не только медленно ездят, тормозя все движение позади, но и очень медленно разговаривают на своем «бэрндюче». Знакомая хирург рассказывала, что у них в «шпитале» как анекдот ходит подслушанная беседа между двумя коллегами: немцем и бернцем. Уроженец бернского кантона вежливо интересуется: «Ты вообще понимаешь, когда я говорю?». «Понимаю, – отвечает немец, – но только когда ты говоришь не так быстро».

Цюрихский знак ZH «доброжелательные» соседи раскодируют, как «цувениг Хирн» («мало мозгов»), но сами цюрихские, скорее всего, расшифруют первую букву Z как «цуфиль», то есть «мозгов много».

Тичинских (TI) называют «тротсдем италиенер» («все равно – несмотря ни на что – итальянец»)

В общем, если не правила, то езда в каждом кантоне все же имеет свою специфику.

И поездив пару лет по вашим перпендикулярным и по прямым, до самого горизонта, дорогам Америки, мы, дорогой продавец, вернемся потом назад, к своим таким разным BE, AG, ZH или «тротсдем италиенер».

Цюрюк нах хаузе

По возвращении в Швейцарию моя машина перешла наследникам. Вернее, наследнице.

«Хорошая машина, сказала она, но… красная?! Что-то это мне не очень нравится». А еще говорят, яблоко от яблоньки! С другой стороны, она права: на красной машине, в красных туфлях и на зеленый?

Дорогой, если я говорю, что мне понравились Apple Watch, то спроси, какого цвета. А то, не дай бог, тебе захочется сделать мне сюрприз.

  • Фичи (сленг от feature, англ.) — будущее.
  • Ахтунг гефар (Achtung Gefahr, нем.) — осторожно, опасность. Цюридюч (Züridütsch, швейц. нем.) цюрихский диалект немецкого языка.
  • Аргауерин (Aargauerin, нем.) — жительница кантона Аргау.
  • Ауссер гефар (Ausser Gefahr, нем.) — опасность миновала. Бин айлиг (Bin eilig, нем.) — тороплюсь.
  • Бруухт эвиг (bruucht Ewig, швейц. нем.) — нужна вечность/не дождетесь.
  • Бэрндюч (Bärndütsch, швейц. нем.) — бернский диалект немецкого.
  • Шпиталь (das Spital, нем.) — больница.
  • Цувениг/цуфиль хирн (zuwenig/zuviel Hirn, нем.) — слишком мало/много мозгов.
  • Тротсдем италиенер (Trotzdem Italiener, нем.) — все равно (несмотря ни на что) итальянец.
  • Цюрюк нах хаузе (zurück nach Hause, нем.) — обратно домой.

Уважаемые читатели «РШ», специально для вас мы запустили канал в мессенджере Telegram. Подписывайтесь на нас — вы будете узнавать новости о Швейцарии, а также свежую аналитику из первых рук и максимально оперативно. Благодарим вас за то, что вы с нами!