«У тебя русские соседи!» — сообщила мне новость всезнающая подруга. Новенькие? Молодые? О нет! Сколько уже их через меня прошло! Опять проникаться этим состоянием фрустрации, ощущением обнуления и потери ориентации в новой реальности? Звонить за них, переводить и давать советы, как заговорить на местном языке, если занимаешься «хохдойчем» по скайпу с учительницей из Одессы? Увольте. Даже знакомиться не буду.
Но каждый раз, возвращаясь домой из фитнес-центра, я проходила мимо подъезда русской пары — и однажды без предупреждения, как в старые добрые времена, просто позвонила в их квартиру. Пока поднималась по лестнице, моя соседка успела что-то накинуть на себя, потому что с утра раскованно расхаживала по квартире в чем мать родила.
ИСТОКИ
Когда-то Туськины предки покинули то ли Польшу, то ли Украину, найдя место под солнцем в далеком Узбекистане. Там появились на свет Туськины родители и она сама. Жили в Ташкенте в русском квартале, так что по-узбекски ей удалось освоить только «Корбобо бяха кел» — «Дед Мороз, выходи».
В начале 1990-х отправились всей семьей «за лучшей жизнью» в Москву. Удивил незнакомый говор. Туська даже не сразу поняла, что это тот же язык, на котором они говорили в Ташкенте. В советских республиках русский разговорный состоял из смеси классического литературного языка с «непереводимым народным фольклором» и не пестрел просторечиями. В Москве же дети, катаясь с горки, подталкивали Туську: «Ехай, ехай!»
Через пару лет отец нашел работу в Санкт-Петербурге. Опять переезд и «новый» русский: пятнашки вместо салочек, стиралки вместо ластиков, бадлоны — водолазки, поребрики — бордюры, булки вместо батонов, ну и «накаты на гопников» для профилактики, конечно.
В Питере Туська закончила школу, отучилась в университете и поступила в аспирантуру. На первом курсе на одной из вечеринок познакомилась с Виктором. Через годик решила, что пора зарабатывать и помогать родителям. Стала преподавать, заниматься тендерными закупками и продавать недвижимость. При этом продолжала учиться в аспирантуре. Это тоже был заработок: аспирантская стипендия уходила на оплату автокредита. Диссертацию защищать было некогда, и Туська покинула храм науки со «Справкой об обучении в аспирантуре».
ОНИ СОШЛИСЬ…
Дружба с Витей продолжалась. Может, не лед и пламень, но явный экстраверт и типичный интроверт — это про них. Витя весь направлен в себя. Его приглушенный голос почти не доходит до собеседника, а, кажется, поглощается его собственным нутром. На первый взгляд можно подумать, что перед вами нерешительный юноша, а явный лидер в этой связке — Туська, которая всегда держит нос по ветру, умеет доверять своей интуиции и в то же время мыслить логически. Но это только на первый взгляд.
Защитившись, Витя стал искать место постдока за границей. Выбор пал на Японию. Туська опечалилась: «Жалко, что ты уедешь». «А я с тобой собираюсь», — без лишних эмоций признался кавалер. Перед поездкой в Японию предстояло официально оформить отношения. Уже стоя с Туськой перед загсом, Витя робко произнес: «Ты выйдешь за меня замуж?»
За месяц до отъезда молодожены засели учить японский язык. Успели пройти целый учебник. Приехав в Японию, однако, как ни прислушивались, ни единого из выученных слов так и не услышали. Оказалось, что в японском языке очень много степеней вежливости, и первый учебник был наивежливейший их всех имеющихся, а в обычной жизни так высокопарно никто не изъясняется. Пройдя в Японии следующий языковый уровень, они стали улавливать знакомые слова, но произнести самим ничего из выученного так и не удавалось.
Даже способная к любым наукам Туська освоила лишь: «Ваташи ва Натария дес. Йорошику о негай шимас» — «Меня зовут Наталия. Я к вашим услугам».
СОВСЕМ ДРУГАЯ ЖИЗНЬ
Следующее рабочее место Витя нашел в Швейцарии. Познав на собственной шкуре, что, каким бы хорошим ни был твой английский, он может оказаться совершенно бесполезным в неанглоговорящей стране, ребята взялись учить немецкий по самоучителю.
Выбрав по интернету доступную по цене квартиру недалеко от Бадена, стали готовиться к переезду. В Википедии прочитали, что в «гемайнде» их будущего местожительства второй по распространенности язык —албанский. Приехав в Швейцарию, долгое время были уверены, что тот совершенно непохожий на изучаемый по учебнику язык, который слышится на улицах, — швейцарский диалект, — это и есть албанский.
Новое местожительство не понравилось: март в тот год выдался дождливый. Порыдав от одиночества, от жалости к себе и от тоски по цветущей сакуре, Туська решила найти другую квартиру. Так они стали моими соседями. На новом месте началась совсем другая жизнь. Сначала Туська захаживала к «бауерам» в соседнюю конюшню за яблочным соком. Понемногу общалась с владелицей конюшни, втайне мечтая о верховой езде. Вскоре выяснилось, что муж хозяйки изучает русский язык и они хотят предложить Туське уроки верховой езды в обмен на уроки русского. Это была удача!
Оказалось, родной язык ученика — «санктгало тюч», а его жена говорит на местном диалекте кантона Аргау. «Неужели ты не слышишь, что он говорит совсем на другом швейцарском?» — удивлялась она.
ПРЕДЛОЖЕНИЕ В ИНТЕРЕСНОМ ПОЛОЖЕНИИ
В новой стране неизбежны непонимание и проколы.
В нашем городке на «фаснахт» проходят традиционные мероприятия. Туська — девушка активная. Одевшись наипричудливейшим образом, она отправилась в карнавальную гущу событий. По дороге ей попалось объявление о праздничном мероприятии: в «клостере» нашего городка такого-то числа «шницельбанк». Надо сказать, мои молодые соседи —большие любители поесть. Туська незамедлительно сообщила Вите радостную новость: «Завтра будет шницель-банкет! Наконец мяса наедимся!»
На следующий день супруги «держали пост» до вечера: берегли животы для шницеля. А когда явились в клостер — растерянно замерли в дверях банкетного зала. Шницелями и не пахло. Ряженые кто во что горазд местные жители, сидя за огромным столом с напитками, беспрестанно разражались хохотом, реагируя так на короткие юмористические и сатирические стихи и скетчи. Недоуменные и растерянные бедолаги вернулись домой, несолоно хлебавши.
А уже будучи в счастливом ожидании пополнения в семействе, перепутали «зюссмост» с «зуремошт» и, «напоив» будущего ребенка алкогольным напитком, долго терзались по этому поводу муками совести.
Скоро подошел срок малышу появиться на свет. Без пяти минут родители с большим облегчением узнали, что в отделении дежурит акушерка, говорящая по-английски.
Но когда в «шпитале» Туську спросили, понимает ли она немецкий, та с испугу выдала первое, что пришло в голову, — то, что короче и произносится на выдохе: «Эс бицели». С этой минуты она рожала по-швейцарски: врач и акушерка радостно перешли на родной диалект. Акушерка, увидев а анкете, кто по профессии их пациентка, неожиданно спросила лежащую в кресле гинеколога Туську, не хотела бы она поработать бау-инженером? Та даже умудрилась выдавить в ответ: «Это самое необычное положение, в котором можно получить предложение о работе».
«СЛОВАМИ ЧЕРЕЗ РОТ»
Когда ребенку пошел третий месяц, Туська заглянула ко мне «на чай». В правой руке —кружка, на левой мирно посапывает детеныш. Вдруг он проснулся и захныкал. «Топлива требует», — Туська расстегнула кофточку и приложила ребенка к груди. Дитя жадно зачмокало. Потом раздались характерные звуки и в воздухе подозрительно запахло… «Молодец какой! — умиляясь, произнесла молодая мама. — И покушал, и покакал!» Я поперхнулась. «Ой. Прости, забыла, что у вас в доме давно не было маленьких детей. Я просто хвалю ребенка».
Туську раздирает от накрывшего ее материнства. «Хочу теперь дочку», — заявляет вдруг она. «И как ты собираешься сообщить об этом Вите?» «Как? Словами через рот. Намеков мужчины не понимают».
Глобально мыслящий Витя без лишних эмоций вернул Туську на землю: «Я очень рад нашему малышу, но вообще-то я не поддерживаю перенаселение планеты».
ПОРА В ПУТЬ-ДОРОГУ
Подходит время окончания контракта. Витя опять ищет место работы. Туська смотрит почти виноватым взглядом: «Мы, наверно, скоро уедем». «Я привыкла к разлукам, — говорю. — Страны и люди мелькают, как в калейдоскопе. Но чтобы ты уезжала, я не хочу!». «Лиза не хочет, чтобы мы уезжали!» — тут же сообщает Туська мужу. «В таком случае придется остаться», — невозмутимо реагирует он.
- Хохдойч (Hochdeutsch, нем.) — высокий, литературный немецкий.
- Гемайнде (Gemeinde, нем.) — муниципалитет, диаспора.
- Бауер (Bauer, нем.) — фермер, крестьянин
- Санктгало тюч (Sänktgällo tütsch) — диалект кантона Санкт-Галлен.
- Фаснахт (Fasnacht, швейц. нем.) — карнавал.
- Клостер (Kloster, нем.) — монастырь, комплекс монастырских построек.
- Шницельбанк (Schnitzelbank, нем.) — короткие юмористические стихи на актуальные темы в период карнавала.
- Зюссмост (Süssmost, швейц. нем.) — безалкогольный напиток из яблок.
- Зуремошт (Suure moscht, швейц. нем.) — слабоалкогольный напиток из яблок.
- Шпиталь (Spital, нем.) — больница, роддом.
- Эс бицели (äs bitzäli, швейц. нем.) — немножко.
- Бау-инженер (Bauingenieur/-in, нем.) — инженер-строитель.
Перепечатка текста и фотографий aboutswiss.ch разрешена на условиях размещения ссылки на оригинал материала на нашем сайте.
